Преимущества гуманитарного образования

Историк, архивист, режисер и антиквар об образовании и карьере
Вы успешно подписаны на еженедельную рассылку новых материалов.
Настроить параметры подписки.
Неправильный e-mail. Указать другой.
Такой E-mail уже зарегистрирован. Авторизуйтесь, если это ваш адрес или укажите другой.
Ой! Что-то пошло не так. Попробовать ещё раз.
  • Следите за нами
    в социальных сетях:
  • 11 июля
Уже в школе детей делят на «гуманитариев» и «математиков». Считается, что будущее за развитием технологий, а стало быть, за «математиками». Однако у гуманитарного образования свои конкурентные преимущества.
Гай Малакянц, художник-постановщик, декоратор
После школы я поступил на морское судовождение. Даже работал по специальности. Но прошли годы, устройство судов изменилось, и полученные когда-то знания стали бесполезными. В мире, где технологии развиваются с невероятной скоростью, как ни парадоксально, все большую ценность приобретают творческие дисциплины, которые учат решать незнакомые задачи. В этом смысле гуманитарное образование дает огромные возможности для реализации.

Жизнь в море интересна, но утомительна: девять месяцев в рейсе только кажутся романтикой, на самом деле это тяжелый труд. Пока «железный занавес» был закрыт, моряки считались привилегированной кастой, они могли привозить из-за границы дефицитные вещи — от бытовой техники до автомобилей. В 90-х иностранные товары хлынули на местный рынок, и дополнительный заработок моряков прекратился. Тогда я решил поступать в Самарский государственный университет на факультет социологии.

Однако судьба распорядилась иначе. За компанию со знакомыми я попал на предэкзаменационную консультацию по актерскому мастерству в педагогический вуз. Это был факультет, где готовили режиссеров-педагогов для работы с детьми — детские постановки, школьные кружки, работа с детьми и подростками через театр. Мои родители связаны с театром, поэтому кое-что об этой жизни мне было известно, да и развитием моего кругозора в семье занимались ответственно. Неожиданно для себя я поступил.

Нас сразу предупредили, что никто не ждет, что мы станем актерами или звездными режиссерами, нас готовили к педагогической деятельности. Но учиться было интересно, и, как все студенты из актерской среды, мы с удовольствием подрабатывали на елках, а потом и на корпоративных мероприятиях.

Работать по профессии после окончания вуза не довелось. Нужны были деньги, поэтому чем только не приходилось заниматься.
Гуманитарное образование хорошо тем, что учит нестандартно мыслить и очень быстро находить нужную информацию для решения практически любых задач.
За несколько лет я успел поработать в развлекательной индустрии и сделать карьеру в рекламе — от дизайнера макетов и монтажника до совладельца рекламного агентства. А потом все надоело. Обстоятельства сложились таким образом, что в Самаре меня больше не держали ни личные, ни деловые интересы. Отец (продюсер Юлий Малакянц) позвал работать вместе с ним в Москве. Я согласился. Так началась моя профессиональная карьера.

Я учился всему: администрированию, театральному менеджменту и продюсированию, приемам режиссуры, позднее пришлось разбираться в работе оператора, чтобы понимать, как должен строиться кадр. Со временем проектов с отцом стало меньше, а самостоятельных работ — больше.

Сейчас я работаю художником-постановщиком в кино. Моя задача — визуализировать идею сценария. Для каждой сцены нужно придумать детали. Например, с помощью правильно подобранных вещей в кадре показать характер героя, подчеркнуть происходящее действие. Конечно, профессиональное режиссерское образование пригодилось. Но и его оказалось недостаточно. В кино многое происходит по принципу «делай, как велят, некогда объяснять». Это не потому что люди вредные, а потому что все очень быстро происходит, на долгие разъяснения времени действительно нет. До многого приходилось доходить самостоятельно — снова пригодилось умение быстро учиться. Технические знания могут устареть, а вот гуманитарные навыки искать и обрабатывать новую информацию актуальны всегда для любой профессии.
Ольга Блинова, корреспондент делового портала «Инвест-Форсайт»
В детстве я мечтала быть пластическим хирургом. Но двоюродный брат отговорил — сказал, что надо очень долго учиться. Он потом стал именно пластическим хирургом, а я выбрала другую профессию.

В 90-е годы РГГУ был очень популярным вузом. Он декларировал ценности демократии, приглашал популярных лекторов и давал много свободы студентам. В те годы история страны буквально переписывалась заново, и интерес к архивам был велик. Я поступила в РГГУ на историко-архивный факультет. Предполагалось, что после получения диплома я буду работать в архиве — ведомственном или может быть в архиве частной компании, например банка. Архивы есть в любых компаниях, важные документы надо правильным образом каталогизировать и хранить. Но к третьему курсу я поняла, что занимаюсь не тем. Хотелось понимать, что я буду делать после обучения, если все-таки решу не работать по специальности.

На одном из семинаров преподавательница сказала, что в созданное выпускниками РГГУ информационное агентство нужны журналисты. Мне было интересно попробовать силы. Моим первым заданием был материал об ответвлениях коммунистической партии.
Интернета не было, я сидела в библиотеке, читала партийные газеты, искала информацию. Текст получился объемным и бестолковым. Однако в студентку поверили, и я осталась работать в этом агентстве. Сейчас оно называется Центр политической информации.
В процессе я освоила социологические исследования, научилась писать по ним отчеты. Позднее с частью этого коллектива мы занимались организацией избирательных кампаний: писали колонки и речи, создавали партийные газеты — журналистской и редакторской работы было много. Где политика — там деньги и экономика. Появилась привычка читать деловую прессу, мир бизнеса становился ближе.

Нерегулярность политических заказов заставляла задуматься о постоянной работе. В ответ на мои тревоги и сомнения сокурсница предложила писать для делового еженедельника «Компания», в котором она работала.

Первое время было тяжело: приходилось осваивать терминологию, изучать рынки, разбираться в разных бизнесах. Я боялась задать глупый вопрос экспертам. Но я втянулась в деловую журналистику и в 2016 году стала лауреатом премии Citi Journalistic Excellence Award.
Образование историка-архивиста оказалось полезным для моей профессии тем, что научило работать с первоисточниками и очень критично относиться к информации.
Привычка перепроверять все по два раза оказалась очень важной для написания статей про бизнес и финансы. Высшее гуманитарное образование дает минимум практических навыков, зато учит искать информацию, анализировать ее и применять.
Екатерина Жиркова, инструктор в WU MING DAO
Исторический факультет — это моя вторая попытка получить высшее образование. После лицея «Воробьевы горы» я поступила на филологический факультет МГУ. Престижный вуз, интересный факультет, но через три года стало понятно, что все это совсем не мое. Я всегда увлекалась историей, и возникла идея поступить на исторический факультет педагогического института. Несмотря на то что менять суперпрестижный МГУ на педагогический, да еще аж на третьем курсе, идея достаточно авантюрная, родители меня поддержали.

Я поступила на исторический факультет педагогического института. Курс наш оказался очень дружным, атмосфера сильно отличалась от филфака. Может быть, потому что это был не чисто женский коллектив, а может быть, потому что было больше активностей. Я много читала про археологию и мечтала о практике. Мечты имеют свойство сбываться — археологическая практика началась сразу на первом курсе. За годы уже сложилась традиция — в отпуск я обязательно еду в археологическую экспедицию.

На третьем курсе я устроилась работать в Государственный исторический музей. От знакомых узнала, что есть вакансия в экскурсионном отделе. Кроме всего прочего, там занимались музейной педагогикой — разрабатывали программы экскурсий для детей. Я приходила три раза в неделю на полдня. А на четвертом курсе дополнительно устроилась работать педагогом по истории в старших классах в одной из частных школ Москвы. К тому времени у меня уже был опыт школьных практик, поэтому сложностей с трудоустройством не возникло. Из музея к последнему курсу пришлось уйти — было сложно совмещать с написанием диплома — а в школе я проработала шесть лет.
Преподавание — основной заработок для тех, кто получил профессию историка. Это может быть школа, вуз или репетиторская деятельность. Есть специалисты, сконцентрированные на научной деятельности, но, как правило, это не исключает преподавания.
Судьба развела меня с прямой специальностью. Обстоятельства сложились так, что мне пришлось заниматься практикой для позвоночника. Я выбрала для себя Цигун, и этот метод работы мне очень понравился. Через год мне предложили пройти инструкторский курс, я стала вести занятия по Цигун и прекратила преподавать историю. Но история из моей жизни не ушла.

Цигун оказалась для меня привлекательной еще и потому, что у практики прослеживалась длинная и задокументированная история. Мне как историку очень важно, чтобы была историческая база, настоящая, а не «написанная на коленке». Стало интересно, что люди делали со своими телами в разные эпохи.

Сейчас я изучаю практики по работе с телом, которые были в ходу в разные эпохи у разных культур. Почему, например, в китайской и индийской культурах есть традиция заботы о теле, а в европейской нет? Я интересовалась китайской медициной, ведь за любой практикой — умозаключения людей и культурный подтекст.
Мне историческое образование позволило найти свою нишу и заниматься тем, что действительно интересно.
И, как показывает жизнь, — не только интересно лично мне, но и востребовано клиентами: люди хотят более глубокого подхода к физическим нагрузкам и практикам. Интересно интегрировать мировой опыт телесных практик в занятия, чтобы придумать что-то актуальное из исторического опыта. А для этого надо провести настоящее исследование.
Сергей Бурмистров, генеральный директор Аукционного дома «Литфонд»
Среди книготорговцев-антикваров встречаются люди с совершенно разным образованием. Я окончил Тимирязевскую академию, а потом получил второе высшее в области экономики. Для работы с антикварной книгой больше всего подходит Московский государственный университет печати им. Ивана Федорова, где сейчас есть отделение антикварно-букинистического дела.
Самое важное — это не образование, а искренняя увлеченность антикварными книгами, до которой нужно дорасти.
Книги живые. Они не только умеют разговаривать, но идут только в те руки, что их любят. Я заметил интересный факт, бывают целые месяцы, когда я сильно загружен административными делами и не могу уделить поиску и отбору книг должного внимания. И тогда хорошие книги перестают попадаться. Но как только бросаешь дела и начинаешь поиски уникальных книг, радуешься как ребенок пришедшей к тебе редкой книге, вдруг эти самые редкие книги начинают появляться отовсюду.

Наверное, в профессиональной деятельности практически любого антиквара случалось мистическое и необъяснимое «правило пары» — месяцами или годами ищешь какую-то редкую книгу, и когда ее наконец находишь, как правило, тут же возникает из ниоткуда еще один экземпляр. Антиквары даже говорят: «книги ходят парами».

Большинство старинных книг умеют разговаривать. Если наблюдательный «книжный Шерлок Холмс» возьмет экземпляр в руки, он может многое рассказать о судьбе книги и ее владельца. Например, где и кем книга была приобретена, в каких книжных собраниях успела побывать, за какие деньги ее продавали букинисты, кто и насколько внимательно читал книгу, как она хранилась и другое.
В антикварном букинистическом салоне работают переплетчики, каллиграфы, эксперты по антикварной книге, искусствоведы, аукционисты. Предложений о работе на этом рынке в разы меньше, чем соискателей.
Мир антикварных книг достаточно закрытый, попасть в него сложно. Наш аукционный дом сотрудничает с Московским государственным университетом печати, студенты старших курсов могут попасть к нам на стажировку только по рекомендации руководителей. Работать в букинистическом салоне или аукционном доме по нескольку часов в день, между дневными лекциями нельзя — слишком много знаний надо освоить — поэтому мы берем только студентов-заочников или вечерников. Профильное образование дает базу, но важно учиться «с рук».

Занятие антикварными книгами вообще часто заставляет учиться. Я знал много людей, которые продавая те или иные тематические библиотеки становились специалистами в этой области. В нашей команде есть человек, который собрал прекрасную коллекцию книг, стал настоящим специалистом в этой отрасли и, оставив свой бизнес, полностью сконцентрировался на работе с антикварными книгами.
Вы успешно подписаны на еженедельную рассылку новых материалов.
Настроить параметры подписки.
Неправильный e-mail. Указать другой.
Такой E-mail уже зарегистрирован. Авторизуйтесь, если это ваш адрес или укажите другой.
Ой! Что-то пошло не так. Попробовать ещё раз.
  • Следите за нами
    в социальных сетях: